ТЕЛЕГРАМ-БОТ РАБОТАЕТ ЗА ВАС!

с1

Поиск по этому блогу

Статистика:

Юрий Никитин «Троецарствие»

Серия «Троецарствие»
Часть первая
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
Часть вторая
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Часть третья
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Часть четвёртая
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Часть пятая
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
Часть шестая
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
* * *

Предисловие

Этот роман завершает тетралогию «Троецарствие». Кто читал первые три, сразу поймет, что здесь и о чем. Однако у этого есть одна интересная составляющая, которой не было в трилогии. Особенно важная для тех, кто играл в «Троецарствие», играет или будет играть, адрес: http://nikitin. wm.ru/. В этом романе не только имена, локации и события идентичны игре, но даже все герои, главные, второстепенные и промелькнувшие, взяты из списка лучших из лучших бойцов, охотников и рыбаков.
То же самое с кланами, их гербами, описаниями подвигов.

* * *
Часть 2
Глава 9
Ютланд напоминал себе, что никогда раньше не сражался в группе или отряде, да его и не брали, так что сейчас надо держаться тише воды и ниже травы, присматриваться, прислушиваться, копировать речи и движения других, изо всех сил пытаться быть таким же, как и все.
Сам он старался идти посредине цепочки, но то и дело отставал, воины умеют идти вроде бы простым экономным шагом, но двигаются так быстро, что он то и дело оказывался за спиной чародейки, ее зовут Ирина, как сообщил ему словоохотливый следопыт. Его самого зовут Деониссимо, у него самый лучший лук из всех ополченцев, вообще он стрелок что надо, и все здесь на подбор, вон у Страшнозола, это разбойник с двумя мечами, побед меньше на тысячу, чем у лидера, зато куява он одного все-таки убил, потому так и задирает нос. А так у него никаких особых достижений, разве что нашел среди трав Паслен, Глоцинию и Болиглава, а также побывал на Пути в стольный град.
У самого Деониссимо побед в десять раз меньше, чем у Никониэля, поражений совсем немного, куява не убил ни одного, зато побывал в Порту Безбрежного Моря, посетил Врата Древних, а также сумел отыскать среди трав Глоцинию и Болиглава.
Четвертый в группе – Ирина, чародей. Побед мало, как и поражений, куявов на ее счету убитых нет. Из заслуг – посещение Порта Безбрежного Моря, Зарослей Терновника и Туманных Лугов, а также она отыскала некое пахучее и очень редкое насекомое, но так и не поняла, что это, брезгливо тут же выбросила обратно в траву.
– Зачем? – удивился Ютланд.
Деониссимо сдержанно хохотнул.
– Женщина… Они даже мышей боятся!
– Ну да, – согласился Ютланд, – потому она и стала чародеем? Чтобы издалека?
– Понимаешь, – одобрил Деониссимо.
Ютланд исподтишка, чтобы не слишком выдавать в себе новичка, рассматривал их одежду. Разбойники, даже если бы и могли обзавестись настоящими доспехами тяжеловооруженных воинов, все равно не смогли бы выдерживать удар конных патрулей, потому избрали путь быстрого нападения, молниеносных и смертоносных ударов, желательно – со спины, и быстрого бегства с добычей.
Страшнозол как раз таков: в легких кожаных латах, что защищают разве что от крапивы, но с двумя длинными и острыми мечами за спиной. Прямое нападение не выдержит, любой удар для него смертелен, но пока противник будет драться с ратником, он успеет нанести в спину тяжелые, а то и смертельные раны.
Так же легко одеты Деониссимо и чародейка Ирина, лучник хотя бы в легкой кольчуге с короткими рукавами и чуть ниже пояса, а чародейка вообще в тряпье, когда-то бывшем плащом с капюшоном. Поймав сочувствующий взгляд Ютланда, она буркнула, что только дураки надевают праздничные одежды, если собираются идти в болото.
Никониэль иногда поглядывал на него, Ютланд всякий раз чувствовал его взгляд, но когда поднимал голову, лидер группы уже зорко смотрит на приближающийся лес. Местность становится все болотистее, деревья приземистее, но не толстые, как обычно на хорошей земле, а коряжистые, с болезненно вывернутыми ветвями, какие обычно растут на болотистой почве.
Деониссимо шел бодро, посвистывал, иногда наклонялся и поднимал что-то из грязи, но чаще брезгливо отбрасывал, хотя пару раз довольно охал и, обтерев болотную жижу, совал в мешок.
Перехватил взгляд Ютланда, объяснил:
– Видишь там побитые щиты?.. Из дерева, значит, ничего ценного там нет… А вот там железный, да еще и с рисунком… Знатный воин погиб! У него что-то да было…
Страшнозол услышал, буркнул:
– Кто убил, тот и унес все.
– Не все, – возразил Деониссимо. – Что-то не замечают, что-то в грязи топнет…
Наконец Ютланд улучил минутку, пошел рядом с лидером отряда. Никониэль смотрит сурово вперед, большой щит на левой руке, обнаженный меч в правой, к схватке готов в любое мгновение, челюсти твердо стиснуты.
Ютланд поинтересовался:
– А почему Михей не пошел?.. Мог бы и не драться, но присматривать…
Никониэль помотал головой.
– Нельзя, – объяснил он серьезно. – Дело даже не в убийстве болотных дивов. В этих местах полно бесценных сокровищ! Гать существует давно, здесь накопилось много ценного. Как оставшиеся со времен дрягвы их ценности, так и собственные вещи темных магов Болота. А сколько у них боевых трофеев, что сняли с убитых богатырей?
Чародейка Ирина прислушалась, заметила сухо:
– Все это не так важно, как древние вещи долунного мира. Они полны магии, мы уже умеем высвобождать эту магию и обращать на пользу людям.
Ютланд спросил нетерпеливо:
– Я спросил, почему не пошел Михей? А вы мне про магию…
Никониэль зло отстранил хлестнувшую его по лицу ветку, сказал сердито:
– Тебе же объясняют, но тебе дай сразу, не дослушав! Все эти сокровища заперты в запасниках и реликвариях. Вскрыть их никак, если не пользоваться особыми ключами. Ключи эти только у вождей болотной нечисти…
Ютланд снова раскрыл рот, но Деониссимо, видя его непонимающее лицо, перебил Никониэля:
– Дивы болот эти вещи ценят больше своих жизней. Если им грозит гибель, они уничтожают ключи! Теперь понял?
Ютланд подумал, медленно кивнул.
– Вроде бы. С Михеем нет шансов, потому ключ уничтожат сразу, как только его увидят. А нас, сопливых, будут надеяться побить до последнего дыхания…
– Умница, – сказал Деониссимо покровительственно, – я вот сам не додумался.
Ютланд старался уловить в его голосе ехидство, но лучник говорил и держался серьезно, взгляд ушел в сторону… затем он молниеносно вскинул лук, звонко щелкнуло.
Ютланд не успел увидеть стрелу, но в ветвях ближайшего дерева затрещало, на землю рухнула огромных размеров рысь.
Страшнозол моментально оказался рядом и двумя ударами победно блестящих мечей добил опасную тварь.
– Не расслабляться, – предупредил Никониэль.
– Да мы не…
Ирина охнула, не договорив, поспешно задвигала руками, а потом торопливо метнула красный шар огня. Ютланд увидел огромного волка на задних лапах, ростом с высокого человека, налитого звериной яростью, на кистях лап медные браслеты, а когти уже и не когти, а металлические крючья.
Див сделал первый прыжок по направлению к людям, сразу преодолев половину расстояния, но огненный шар с силой ударил в грудь, остановил и даже заставил отступить на шаг.
Сильно запахло горелой шерстью. Деониссимо стрелял с такой скоростью, что рук не рассмотреть, а Никониэль подбежал и ударил чудовище огромным мечом.
– Это Ворвий, – прокричал Страшнозол. – Ворвий-мясник! Бойтесь когтей…
Он забежал со спины, его мечи замелькали с такой скоростью, что слились в два сверкающих круга. Ворвий страшно зарычал, размахивал во все стороны ужасающими лапами, но люди отпрыгивали, уклонялись, а он ревел все тише, наконец пошатнулся и рухнул мордой в топкую землю.
Ютланд, трепеща, смотрел, как новобранцы деловито переворачивают чудовище, срезают когти, выдирают из пасти клыки, затем сняли с передних лап металлические наручники.
Никониэль оглянулся, подмигнул.
– Вот и первые трофеи!
– Да, – проговорил Ютланд осевшим голосом, – да… трофеи…
Он помнил, что перед путешествием в Лихие Земли даже бывалые воины пьют за то, чтобы им не встретился Ворвий-мясник, смерть от его лап особенно ужасна. Говорят, не убивает сразу, а медленно пожирает человека, глядя в его лицо и наслаждаясь криками и хрипами. Но эти ребята завалили его достаточно быстро, хотя и новобранцы.
Деониссимо словно прочел его мысли, подмигнул.
– Главное, – сказал он бодро, – слаженность! В группе витязь или ратоборец принимают на себя удар, разбойник рубит со спины, а чародей и стрелок бьют издали.
Ютланд кивнул, все правильно, чародея и стрелка Ворвий убил бы с одного удара, даже разбойника, у которого страшные по силе и быстрые удары двух мечей, но хилые кожаные латы. Зато закованные в прочнейшую сталь ратоборцы и витязи способны долго выдерживать натиск такого зверя, а за это время члены его команды изрубят, истыкают стрелами, сожгут огнем…
Вдали раздалось сиплое шипение. Чародейка начала двигать руками, лицо сосредоточенное, лучник натянул тетиву, а ратоборец быстро выступил вперед и поднял над головой тяжелый меч. Из болотной жижи медленно поднялось нечто отвратительно сизое, но с наброшенным на плечи темно-зеленым плащом, грязным и в потеках грязи.
– Жарагар! – вскрикнул Никониэль.
Чародейка перестала двигать руками и метнула шар, на этот раз вдвое крупнее, чем тот, которым подпалила Ворвия. Лучник словно расчетверился: на его месте на миг возникли четыре призрачные фигуры, натянули тетиву и выпустили четыре стрелы.
Ютланд не поверил глазам, но все четыре и вонзились в Жарагара, реальные, осязаемые. Жарагар дернулся, две стрелы в бешенстве сломал рукой с удивительно длинными сизо-синими кистями и чудовищно крючковатыми пальцами.
Он силился броситься на них, однако чародейка больше не наносит удары, а всего лишь удерживает на месте колдовством, заставляя то пускать корни, то обездвиживает, то на пару секунд останавливает для него время, замедляя его движения, а разбойник все наносит со спины яростные удары, а Никониэль тяжело и страшно рубит тяжелым мечом.
Ютланд только приготовился ударить палицей, как Жарагар рухнул мордой вниз. Члены отряда тут же начали шарить у него под плащом, один с торжествующим воплем вытащил красиво выкованный стальной шлем, вскинул над головой.
Деониссимо сказал с завистливым вздохом:
– Шлем Доблести… Плюс четырнадцать к боевому духу, по три к сопротивлению против заклинаний чародея и волхва, плюс пятнадцать к жизни…
– Я в позапрошлый раз такой же добыл, – сказал Страшнозол, – правда, с Ворвия. Продал за три тысячи монет.
Деониссимо фыркнул.
– Твой тоже стоит три тысячи.
– Зато у меня шлем титана, – сказал Деониссимо, – он добавляет еще и к силе семь. К тому же у меня полный комплект!
Стрелок прислушался, предостерегающе вскинул руку.
– Конский топот… Готовьтесь! Мы должны успеть первыми.
Ютланд услышал дикий храп, на поляну впереди выметнулся огромный кентавр, чудовищно крупный как в человеческой части, так и в конской. Ютланд не мог себе даже представить коня таких размеров, а этот несется легко, земля чавкает и расплескивается под широкими копытами, которые при каждом скачке выбрасывают широкие комья земли…
Гигантский, полный звериной энергии, он мчался напрямик, ломая кусты и мелкие деревца, широкая грудь перепоясана ремнями, из-за плеча торчит рукоять меча, конская спина без седла, однако там трепещет под ветром красивая красная попона, тоже прихваченная ремнями из хорошо выделанной кожи.
В руках кентавра странного вида лук, он моментально вскинул его с уже наложенной тетивой, однако в грудь страшно ударил огненный шар, остановил на скаку, тут же в нем появилось несколько стрел, а навстречу с боевым ревом ринулся Никониэль.
Кентавр зарычал страшно, правая рука поднялась к плечу, Ютланд охнул, увидев, какой длины у него меч. Никониэль закрылся щитом и ударил, стараясь опередить противника. На груди кентавра появилась кровавая полоса, кровь потекла узкой струйкой, но сам ратоборец отлетел от ответного удара на два шага.
Страшнозол прыгнул за кентавром вдогонку и быстро-быстро рубил узкими клинками, нанося длинные неглубокие раны, но кентавр в ярости видел только Никониэля, которого надо добить, и снова занес над ним огромный меч.
Ютланд набежал сбоку и с силой ударил палицей. Кентавр пошатнулся, в удивлении и ярости повернул голову. Злые глаза впились в подростка, а Ютланд, сцепив зубы, ударил с такой силой, что кентавр отступил, чтобы не упасть.
Никониэль с диким ревом ярости нанес два чудовищных по силе удара в грудь и в шею. Страшнозол рубил сзади, а стрелок и чародей ударили с такой мощью, что кентавр вздрогнул всем телом, взревел, в последнем усилии вскинул меч и… выронил его из рук, после чего его колени подломились, он опустился мордой в землю, затем повалился на бок.
– Осторожно, – предупредил, задыхаясь, Никониэль, – в прошлый раз такой, даже поменьше, лягнул так Кривоглаза, что нам пришлось выносить его на его же плаще.
– Вытаскивать, – поправила Ирина. – Даже выволакивать. Он такой толстый и тяжелый…
Страшнозол сказал Ютланду:
– Ют, ты молодец, здорово ему врезал!.. Это же из рода Лютых, особенно опасный.
– А еще, – сказал Деониссимо весело, – все из рода Лютых постоянно грабят путников и путешественников, а часть добычи носят с собой. Понял?
Ютланд кивнул, а вся группа, за исключением Никониэля, уже обыскивала труп кентавра, потрошила его сумку, седельный мешок и проверяла пояс.
– Сегодня нам везет, – крикнул Страшнозол. – Только вышли, а уже вторая добыча!..
– Что там?
– Наручи Карающей Доблести и Жезл Великой Длани! Еще с десяток золотых монет и штук двадцать серебряных.
– Монеты разделить, – велел Никониэль, – наручи… бросить жребий! А жезл, понятно, Ирине. Только она у нас может им пользоваться.
Ирина с церемонным поклоном приняла жезл, погладила завитушки на вершине, где в ответ таинственно заблестел полупрозрачный камень.
– Наконец-то… – прошептала она. – А то трижды попадались посохи, но я же не волхв, пришлось продавать… Пойдемте дальше?
– Не терпится опробовать? – гоготнул Деониссимо. – Дай хоть наручи спрятать.
– Надевай сразу, – посоветовал Никониэль. – А что не в комплекте… потом дособираешь. Все равно лучше твоих нынешних.
Он повернулся к Ютланду, серые глаза окинули его внимательным взглядом с головы до ног.
– Спасибо, – произнес он. – Твой удар… просто сотряс его с головы до ног. Можно сказать, ты мне жизнь спас.
Ютланд покачал головой.
– Ты бы увернулся.
– Кто знает, – пробормотал Никониэль, затем посерьезнел, крикнул повелительно: – Все в боевой порядок!.. Топаем дальше, пока нас не окружили!
* * *